Стихи амазонки

Автор поэт: Анатолий Тринеев

из цикла стихов: Стихи обо всем 

Анатолий Тринеев

 

 

Эх! Наирусская душа

Обычаи не нарушая

Кто с горлыша, кто из ковша

Ее невкусную вкушаем.

 

За радость, горе, просто так.

Без меры, в меру, по привычке.

С ней хорошо салат, уха

Коль ты рыбак или яички.

 

Но всюду, дома иль в гостях

Глотай ее,  не забывая

Что водка, это злейший яд,

Что с пьяным всякое бывает!

                  ***

Вчерась, какой-то мужичок

Как раз перед самой обедней

Зазвал меня на бардачок

В избу на улице соседней.

 

В углу бренчал какой-то жаз.

И мне за чаркой самогонки

Поведался забавный сказ

О неких бабах – амазонках.

 

Живут они на островах

Где солнышко без перебоя.

И непонятных языках

Калякают между собою.

 

Рожать не можут они там,

Их мужиками  Бог обидел

И по тому по островам

Они шныряют в голом виде.

 

Но в эту небылицу я

Признаться, очень мало верил.

Лакал зелье, и к концу дня

Нажрался как ретивый мерин.

 

И с одуревшею башкой,

От загубленной самогонки

Побрел чуть тепленький домой

К своей любимой старушонки.

                 ***

По небесам плыла луна

Вся разьедренная как солнце.

Старушка видимо спала

И я стучаться стал в оконце.

 

Но что это за сатана.

Смотрю, глазам своим не верю.

Мне три старухи, как одна

Со скрипом отворили двери.

 

И шесть костлявых женских рук

Меня втащили прямо в избу.

Тройным ухватом трех старух

Досталося алкоголизму.

 

Под брань, как с неба страшный сон

Я усыпать начал не много.

И вот он мой чудовый сон ;

                   ***

Большая райская дорога

Бреду куда-то я по ней.

В грудях как будто ножик острый

И вдруг, пред мордою моей

Представился какой то остров.

 

Перекрестил себя я сам

И изловчась с большой сноровкой

На остров через небеса

Переметнулся по веревке.

 

Смотал веревочный обрез,

С землею матушкой расстался

На прут от фикуса залез

Зырнул вокруг и диву дался.

                    ***

Вокруг соленый океян.

Торчат каменья в древнем плане.

Вдали пещерный балаган

Жарище, будто в нашей бане.

 

Цветет раскидистый бурьян.

Порхают всюду мотылечки.

На древах виснут обезьян

И всяческие кренделечки.

 

Цветет зеленая трава

И лепесток разнообразный.

Меж их какая- то свекла

Свилась с горошком непролазным.

 

Зверье безумно голосит

В густом бурьяне что-то ищут,

И пестренькие соловьи

Неведомо от келя свищут.

 

А на полянке у пруда

Пасется всякая скотина,

Мою берданку бы сюда

Отъел бы харю свежениной.

 

И видимо дал маху я

Не взял с собою топорища.

Коряга старая моя

Здесь днем с огнем меня не сыщет.

 

Раскачиваясь над землей

Я по нужде справляться начал.

Но перепужаный змеей

Нечаянно в штаны напачкал.

 

В гнилой, зловонистой воде,

Где полоскались крокодилы

Стирнул одежку я себе

И стал в чем мать меня родила.

 

И вот как раз в такой момент

У расписного подорожья

Предстала будто манекен

Всевидящая матерь божья.

 

Она на выпуклых грудях

Скрестила нежные ладони.

Как жалко, нету с ней дитя

А то б совсем как на иконе.

 

Я ноги ей поцеловал,

И затянул свою молитву

В которой страшно проклинал

Распитую вчерась поллитру,

 

И все бы кончилось ничем

Как бы не развеселый случай.

Я думаю, что только черт

Такое может отчебучить.

                 ***

 

Поодаль, около пырей,

Там, где штаны мои лежали

Штук двадцать божьих матерей

Свои глаза на меня пяли

 

Смуглые, бедристые все.

У всех смазливые мордашки,

Волосья черные совсем

И соблазнительные ляжки.

 

Соски топорщят на грудях,

Пупы на пузах топнут в складках.

Полнейший марафет в задах

И девичность видать в порядках.

 

Я наготу свою прикрыл

Боясь подвергнуть их разврату.

Но видно этим огорчил

Обворожителей проклятых.

 

Они насилием горя

Как изгладалые волчицы

Накинулися на меня

И стали молоком сочится.

 

Мгновенно под телами их

Во мне мой дух былой воспрянул.

Чего уж там греха таить

Раз шесть я молодость вспомянул.

 

А эти быдлы за черед

Поисцарапали друг друга

Намяли туго мне живот

И сильно искусали губы.

 

Еще не много и вся жизнь

Моя шальная бы накрылась.

Когда, откуда не возьмись

Начальственница их явилась.

 

Она огромным батагом

Огрела нас по голым задам.

И приударил я бегом

К каким-то каменным оградам.

                  ***

В оградах тех был балаган,

Который с фикуса знаком мне.

В нем стены из цветных зеркал

И водоем вином заполнен.

 

Что это дом тех патаскух

Я в этом и не сумлевался.

Однако ж перевел свой дух

И в водоеме искупался.

 

Потом мозгами трезвыми

С похмелья  в этих рядных стенах

Мне вспоминалось, где же я

Кой – что слыхал об этих стервах.

                   ***   

И вспомнил.

Как вчерась под жаз

За чаркой крепкой самогонки

Я слыхивал забавный сказ

 

Живут они на островах

Где солнышко без перебою

И непонятных языках

Калякают межу собою.

 

Рожать не можут они там

Их мужиками Бог обидел,

И потому по островам

Они шныряют в голом виде.

 

Ах! Сучий род, едрена мать,

Разокаянные лохудры.

Вас бы на север всех сослать

Чтоб снег вам там зады напудрил.

 

А то от бешеной жары

Вы всяку совесть потеряли

А интересно, как бы вы

На льду выпендриваться стали?

 

Однако ж хватит здесь сидеть.

Домой идти пора немедля

А то, неровен час, опеть

Впадешь в объятья этим ведьмам!

 

Да и старушку паралич

С моим уходом знай куражит.

И вдруг- 

                       ***

 Зануда! Старый хрыч!

Взгляни в чем весь тюфяк изгажен? 

Паскуда! Племистый бугай!

Неугомонистый кабель ты!

Холера скотская вставай

Чего таращишь свои бельмы?!

 

Иль думаешь что снова я

Твои огрехи буду прачить?

Вставай проклятая свинья

А то ухват по тебе плачет!

 

И сразу же моева сна

Как будто бы и не бывало.

Продрав глаза , я чуть узнал

Крахмаленное покрывало.

 

По-видимому подо мной

Когда я находился сонным

Смешалась встреча со змеей

И искушеньем амазонок.

               ***

Эх! Наирусская душа!

Обычаи не нарушая

Кто с горлышка, кто из ковша

Ее не вкусную вкушаем.

 

Но всюду, дома иль в гостях

Глотай ее, не забывая

Что водка, это страшный яд,

Что с пьяным всякое бывает!