На том негромком юбилее

Я тоже был  - и не жалею.

Там вдруг Бортнянский зазвучал.

И бледный мальчик в детском хоре

Свой голосок, как на просторе,

Гулять под своды отпускал.

Притихло всё, сверкали блицы,

Блуждали камеры по лицам,

Снимая разный антураж.

Чиновник главный в тесном зале

Застыл, как при «Интернационале»,

Хотя звучало «Отче наш».

Что думал он – дитя идеи,

Когда вчерашние злодеи

Или сподвижники его,

Расправив красный бант, с наганом,

Ругаясь грозно и погано,

Вершили грязно ремесло.

Они всегда искореняли,

Бросали, били и роняли,

Что головы, что купола.

С песнями Шариковых сводня

В колоннах шествует сегодня

Продолжить давние дела.

Они исполнены горенья,

Кормушка – силы для боренья

Призыв – вальяжный взмах руки…

Их «Отче наш» бросает в трепет,

Колоколов разбитых вдребезг,

Молчат немые языки.

Их бледность лиц, смущенья краски,

Так лицедей меняет маски.

По торной следуя стезе,

Миную их двойные двери,

Ни просветлению не веря,

И ни чиновной их слезе.

И он был тоже атеистом,

К тому ж не то, чтоб коммунистом

(поскольку Маркса не читал).

Решив резонно, что для взлета

Важней язык, а не работа,

И покорится пьедестал.

Всё фотографии расскажут,

Как смыли кровь, оттёрли сажу,

Погнутый сбросили портал…

…В подвальном зале разговоры,

Где голос мальчика из хора

Под своды низкие взлетал.

                                     2003г.

© Copyright:Вячеслав Сафронов

все права защищены,стихи принадлежат автору,текст добавлен в оригинальные тексты Яндекса