Как всегда, в заботах проживает

На пересечении путей

Станция,

Как мать,

И провожает,

И встречает

Радостно гостей.

А какие гости здесь бывали!

Ехали сюда и просто шли.

В тесной ожидалке ночевали,

Разговоры долгие вели.

Не однажды в стылые метели

Эти печки белые, как снег,

Александра Исаича согрели –

Очень знаменитый человек.

На минуту тормознёт «московский», -

И к столице через синь и лес.

Говорят, писатель Паустовский

Спал на этих лавках МПС.

И другие гости ночевали, -

Проходимцы всяческих мастей.

На полу по-барски оставляли

Горы необглоданных костей.

Врачевала раны болевые

На пайках голодная страна,

А они – про горы золотые,

Да про реки полные вина.

Уезжали от полей и строек,

С похвальбой в забористых речах.

Трафареты «Ромбиков» и «Троек»

Важно громоздились на плечах.

Ах, картинки…

Простынь.

Краски. Щётки.

За оляповатостью видна,

Проступает явственней и чётче

Красная и твёрдая цена.

Кони разухабисто ликуют,

Лебеди и лодки на пруду.

В кущах сада голуби воркуют –

Забирайте и гоните мзду.

Три богатыря, к закату солнце,

Все при деле – не учите жить!

Пожелаете, за твёрдые червонцы

Могут Рафаэля предложить.

Эти загребущие натуры,

А простонародье – «красили»,

Подчеркнув бостонами фигуры,

Привозили длинные рубли.

В жизни, словно в картах –

Продувные,

В новых габардиновых пальто,

Были не свои

И не чужие –

Время рассудило кто есть кто!

Но теперь у них иное в позах,

Пасынков немало у земли:

Скотники и плотники в колхозах

За свои короткие рубли.

Выстояли в горе, кто остались,

Кто плуги тянули на плечах.

Выжили в бесхлебье,

Приподнялись

На послевоенных трудоднях.

Кто из грязи и не метил в князи,

Кто не досыпал крутых ночей,

Кто в земле, не как дерьме увязли,

Глубже корни ощутили в ней.

Те, кто не уехал в «лёгкий город»,

Продавая пятистенный дом,

Кто надежда наша и опора,

И кого хозяином зовём.

Легких городов не доискаться,

Их на свете не было и нет.

И, как белый флаг капитуляции,

Слали заявленья в сельсовет.

Возвращались тихо и уныло

С детства по знакомому пути,

Утверждали, что не подфартило,

Но должно когда-то повезти.

Нелегко даётся в жизни ясность,

Многие не той дорогой шли.

И таится явная опасность,

Если оторваться от земли.

От родной,

Единственной,

Единой,

Мать она,

Невеста

И жена.

Оплошал –

И голова повинно,

Будто нерв больной, обнажена.

Заблудился –

И тогда поможет,

Проведёт сквозь хляби и дожди,

Отогреет,

Рядом спать уложит,

А предашь – спасения не жди.

Руку даст, а не окажет милость,

Это чувство, как не назови –

В русских и поныне справедливость

С материнским молоком в крови.

Справедливость расчехляет знамя,

И  зазря не чешет языки.

Называет вещи именами,

А не просто клеит ярлыки.

Выбирает не дорогу гладкую,

Не окольный путь, а прямиком,

Ей часто предлагали сладкое,

Горькое припрятав на потом.

Справедливость вновь защиты просит

Истинной, людской – не на показ,

Но в трущобах добивают лося,

Милосердье превращая в фарс.

Пожалей птенца, бобра речного,

Несмышленых в стаде кабанят.

Ведь они не сделают плохого

И разор тебе не учинят.

© Copyright:Вячеслав Сафронов

все права защищены,стихи принадлежат автору,текст добавлен в оригинальные тексты Яндекса