***
Луна торчит огромная в окне,
С небес спустилась с нами поболтать,
Хайям гласил, что истина в вине,
Тех истин мы не смеем нарушать.

А дикий бег коней не удержать,
А колея накатана судьба,
Успеть бы нам, что нажито раздать,
И не сойти от этого с ума.

И надо всех не ссорясь примирить,
Дела свои устроить по-уму,
И для себя хоть чуточку пожить,
И жизнь не превратить свою в тюрьму.

Покажем фигу всем гробовщикам,
Их вместе мы с тобой переживем,
Хайяму вновь накапаем сто грамм,
И с поезда в глубиночке сойдем

И будем мудрых горцев уважать,
Как принято в России с давних пор,
Их вина в бочках старых смаковать,
И виноград кавказских синих гор.

Вновь прозвучит здесь сокровенна мысль,
Об истине Хайяма, что в вине,
Поднимем шумный тост за нашу жизнь,
И за Луну торчащую в окне.

Покажем фигу всем гробовщикам,
Их вместе мы с тобой переживем,
Омару вновь накапаем сто грамм,
И дальше в путь отправимся вдвоем.

Хайяма б надо нам перечитать,
Чтоб лишнего не спутать ничего,
А в общем, надо только меру знать,
Чтоб истина открылася его !

***

***
В лучах осенних мир и нега,
Блаженство редкого тепла,
Душа еще не просит снега,
А просит ласки и добра.

Листва роскошно- золотая
С приходом северных ветров, Коварства осени не зная,
Сорвется с веток и стволов.

Томима чувством состраданья,
Протяжный слышу в небе звук,
То песнь гусиного прощанья
Спустилась перышком на луг.

Клин воле леса трактор пашет,
Как под линеечку ряды,
Уходят вдаль где осень машет,
Где в поздних яблоках сады.

Пестрят последние цветочки,
Приветны к скудному теплу,
Их жизнь-досадные денечки,
До первой вьюги поутру.

В лучах осенних мир и нега,
Блаженство редкого тепла,
Душа еще не просит снега,
А просит ласки и добра.

***
Роняет оттепель капели,
Кругом вода, ручьи да лед,
То снег, то дождь, январь в апреле,
Метаморфоз круговорот...

Моя сирень наметив почки,
Зазеленела, как весной,
Внесу в тепло горе-цветочки,
Поставлю их в стакан с водой.

Январь-старик еще покажет,
По окна снегом занесет,
Морозной стужей лужи свяжет,
Сверкнет подлунный синий лед.

Из гор бор северный подует,
Впряжет гривастого коня,
Метели с вьюгой колядуют,
Трещат поленья у огня.

Ты мне все горести расскажешь, О чем твоя душа болит,
И лишь под утро тихо ляжешь,
Пока свеча не догорит.

Роняет оттепель капели,
Кругом вода, ручьи да лед,
То снег, то дождь, январь в апреле,
Метаморфоз круговорот...

Не станем с Вами мы лукавить,
Маэстро Пушкин мог писать!.. Народ строкою позабавить,
Увлечь и с пользою занять.
И угораздило нас с Вами
Не кистью тонкой рисовать,
Не гири в цирке поднимать,
А заболеть всерьоз стихами.
Труд этот кропотлив бумажный,
Хоть с виду первого неважный.
Душа должна быть благосклонна,
К перу, и образно писать,
Дышать на критику всех ровно,
И дело- туго свое знать!..
Придет и опыт, пусть с годами,
Не сразу Муза посетит,
Сон разменяв на труд ночами,
Наляжем на поэзии гранит.
В расход чернил пойдет немало,
Прилежно списанных листов,
Но раз положено начало-
Идти вперед лишь будь готов !
Пускай смеются: - Неудачник...
И режут правду не скупясь,
Но ты,ничуть не осердясь,
Будь горд, что Света ты посланник..

***
Твой прах покоит город Томы,
Констанцей позже нарекли,
Сюда, к брегам твоим влекомы,
Народны толпы потекли.

В краю суровом коротал ты
Остаток жизни , день и ночь,
И ждал вестей своей Эллады,
Но ветер гнал удачу прочь.

Судьбы жестокой выпив чашу,
Вдали от родины почил...
Я правды суть не приукрашу,
Сказав, что Рим тебя любил.

Прошли года, тысячелетья,
Тиран твой сгнил в земле сырой,
Твою же славу чтут по смерти,
Мужи, сняв шляпы пред тобой.

Суров был час, жестокий варвар,
Ломился в стены, в плен брал злой,
И шел ли снег,град с неба падал-
Яд стрел летел над головой.

А ты, раним, прямолинеен,
Все узы дружбы выверял,
Искал, чем вызван и содеян
Проступок твой среди римлян...

Уродливо-коварный Ибис,
Терзал изгнанника вдали,
Глаза Овидия слезились
Не отомстить стихами ли?..

Сатирой, шестиста стихами
И стариной легенд и снами,
Из берегов где холод и снега
Ты забросал пером врага.

Рим в ореоле громкой славы-
Твои труды читает мир
И за пределами державы,
Которой сердцем ты служил.

И "Фасты" и "Метаморфозы"
Вторит теперь на твой лад всяк,
Сбылись твои Овидий грезы,
Ты среди всех архипелаг.
Признанье наше всей Перенне,
Менерве ,тоже,в одночас,
Родивших всадника в Сульмоне,
Кого к звездам вознес Пегас...

***

Спешил я вечером с работы,
А он уплелся вслед за мной,
Прибавив нонешни заботы,
Щенка к себе я взял домой.

Пушистый, шустренький комочек
От релаксаций теплых ванн,
Уснул счастливый меж сорочек,
Экспроприировав диван.

В вечерних сумерках мерцали
Огни дорожных фонарей,
Такси туда-сюда сновали
В потоках улиц и людей.

Шаги спешили, семенили,
Гнала домой всех ночи тьма,
Туда, уютно где светили
Многоэтажные дома.

Давно так не было отрадно
От разноцветья тех огней,
И я взлетел к двери парадной,
Где ждал меня мой чуткий зверь.

Не трудной службой удосужен,
Весь день в окно на птиц глядит,
И предвкушает вкусный ужин,
И уши бархатны вострит.

Щелчек в двери- приветно лает,
И открывает лапкой дверь,
И в сумке нюхом примечает
Гостинец ласковый мой зверь.

Восторга чувств он не скрывает,
И руки лижет и юлит,
И сменну обувь подвигает,
И с визгом радостным шалит.

Слегка треплю его за ухо,
И хорошо нам обоим-
Нельзя в печалях жить без друга
И с сердцем черствым и глухим...

Замыслю я ли ехать в город-
Вновь в лифте слышу лай собак.
Седьмой этаж-хозяин своры,
Забил борзыми экипаж...
Слюнями брызжут бультерьеры,
И на ошейниках храпят...
Нет, лучше будет,в самом деле,
Вернуть, а то нас о..

Колобродят морозы трескучи,
Заунывно колдует метель,
Дождусь лета, умчусь на Бирючий-
Остров птиц и счастливых людей.

Белый парус - соленый брат ветра,
Умчит вдаль нас за млечный туман,
Первый лучик над морем рассвета
Целовать будет плечи шафран.

Над бортом взмахнет чайка крылами,
Прокричит что-то сонно волнам,
Унесемся влекомы мечтами,
Что присущи лишь юности снам.

Затрепещет в косах твоих лента,
Чувств нахлынет морской ураган,
И в порыве горячего лета,
Унесет ветром твой сарафан.

Вечер будет в огнях и салютах,
Тишину на Бирючем взорвав,
И провалятся в бездну Бермуды,
И покажется- Бостон сиял.

Если море порядком наскучит,
Подниму в небо наш дельтаплан,
И увижу весь остров Бирючий,
И косынкой твой машущий стан.

Прокричу чайкам в небе приветы,
Брошу алых цветов я венок,
Вдаль уносит за ветром ответы-
Дельтаплан мой кренит на восток.

Колобродят морозы трескучи,
Заунывно колдует метель,
Дождусь лета-умчусь на Бирючий,
Остров птиц и счастливых людей.

Как божий дар самой природы,
Когда ушла от штатских дел,
В любое время дня и года
Азарт к перу мной овладел.

Проснусь ли дома я в постели,
В провинциальной ли глуши,
Воркуя, Музы прилетели
И в руки ручку, мол, пиши...

Ночами длинными зимою,
В тенечке солнечного дня,
Творенья высятся горою...
-В чем прок?- Вы спросите меня.

Ответить трудно надо ль? Cтоит?
Изданье стоит не гроши...
Иной в бездельи суток воет,
А здесь-романтика души...

Где Пушкин наш,а где Есенин ?
Твердят мне Музы, -Поспеши...
Чтоб не уснул твой божий гений
Строкой дерзай, строкой дыши!-

Не согласиться трудно с ними,
Он из любви весь человек...
И все мы нитями святыми
Друг с другом связаны навек.

Как божий дар самой природы,
Когда ушла от штатских дел,
В любое время суток года
Азарт к перу мной овладел...

   
Мы разменяли дома отчего привычки
На эфемерны города,
На ожиданья, расставанья, электрички,
Метро и неуютны поезда.

Мы разменяли зелень первой почки
На эфемерность этажей,
Но этажи в пространстве геометрий-точки,
Не остолбить пространства рубежей.

Мы разменяли лес, луга , цветы и степи
На смог и дым, на горстку благ,
А старый дом с замком на новой крепи,
Как гром с небес, захлопнулся в дверях!..