Восковая  фигура
печальной  улыбки  
стояла
на  стакане  судьбы
перевернутом  снова  вверх  дном
и  душа  на  кровать
обнаженной упала
чтобы  плакать и  петь
о  том  мире  ином
где  волшебные  скрипки
льют  сладкие  звуки
и  где  ангелы в  белом
предельно  нежны
где  никто  никогда  не  заламывал  руки
в подворотне у  юной  весны.