ИНТЕРВЬЮ ПОМЕЩЕНО В № 11  МОСКОВСКОГО ЛИТЕРАТУРНОГО ЖУРНАЛА  «ПАРУС»  ЗА  2017  ГОД

_________________________________________

Главная

Сергей НОСОВ Знакомство с автором

1. Расскажите, что стало причиной Вашего прихода в литературу? Какими были первые опыты?

Свое призвание — творить в сфере поэзии и литературы — я чувствовал еще в школьные годы. И тогда же стал посещать детский кружок поэзии, руководимый замечательным ленинградским поэтом Глебом Сергеевичем Семёновым. Первыми моими опытами были, конечно, стихи, и среди них, написанных школьником, встречались вполне удачные.

2. Кого можете назвать своими литературными учителями?

Строго говоря, учителей как таковых в поэзии и литературе у меня не было. Но были кумиры. Это, например, Александр Блок и Анна Ахматова. Их образы и их поэзия были овеяны для меня ореолом избранности и, конечно, властно влияли на мое формирующееся литературное сознание.

3. В каких жанрах Вы пробовали себя?

В поэзии, философской эссеистике и литературной критике, в историко-литературных и биографических исследованиях.

4. Как бы Вы могли обозначить сферу своих литературных интересов?

Пожалуй, это сплав поэзии и мысли… Я убежден, что подлинно творческое и созидательное мышление — это мышление образами. И меня всегда тянуло к нему неодолимо. Вместе с тем для меня мышление образами есть не просто созидание эстетически прекрасного, но процесс осмысления человеком окружающей реальности, процесс самопознания — то есть именно мышление, имеющее философическую и экзистенциальную заостренность и значимость.

5. Какого автора, на Ваш взгляд, следует изъять из школьной программы, а какого — включить в нее?

Я не берусь авторитетно судить о содержании современных школьных программ по литературе. Но если в них есть до сих пор Некрасов, то его надо исключить несомненно — это фальшивый, поддельный поэт, так называемый «певец народного горя», а на самом деле весьма алчный коммерсант в литературе, большой игрок, картежник, крайне несимпатичная личность, знать о сочинениях и жизни которого детям совершенно не обязательно. В стихах Некрасова звучат фальшивые ноты, чувствуется и становится доминантой елейно-приторное воспевание народа и слащаво умильное «печалование» о его «горькой доле», в котором больше притворства и обычной псевдодемократической показухи, чем искренности и подлинной глубины чувства.

6. Есть ли такой писатель, к творчеству которого Ваше отношение изменилось с годами кардинальным образом?

Пожалуй, нет такого писателя. Кого любил в юности, того и сейчас люблю: Блока, Пруста, Бунина, Льва Толстого.

7. Каковы Ваши предпочтения в других видах искусства (кино, музыка, живопись…)?

Музыку и живопись я очень ценю, хотя не могу сказать, что в них глубоко разбираюсь и способен, например, по достоинству оценить новаторство в этих сферах искусства. А от кино я очень далек и в целом его искусством не считаю, хотя проблески настоящего искусства были и там: фильмы Эйзенштейна, Козинцева и некоторых других.

8. Вы считаете литературу хобби или делом своей жизни?

Литературе я отдал и отдаю до сих пор всю свою жизнь. Меняются только жанры, в которых я работал и работаю ныне. В молодые годы и сейчас — это поэзия и только поэзия. А было время, когда я увлекался историко-литературными исследованиями, писал книги о замечательных русских писателях и мыслителях: Ап. Григорьеве, В.В. Розанове, Вл. Соловьеве, основателе славянофильства И.В. Киреевском. Потом на годы с головой погружался в литературную критику и эссеистику. Но доминантой моего творческого пути была и остается поэзия, слившаяся для меня с философическим погружением в экзистенциальные глубины жизни.

9. Что считаете непременным условием настоящего творчества?

Непременным условием творчества является максимальная творческая свобода. Я мучился в годы советской власти от отсутствия этой свободы, просто мучился. И ни мою поэзию, ни мои свободные опыты в других жанрах (философическую эссеистику, исторические очерки) в советскую печать не пропускали — для меня оставался только самиздат. В последние два-три года правления Михаила Горбачева меня, правда, уже пропускали иногда и в официальную печать. Но это были годы ослабления и затем полной отмены цензуры, когда советская система уже катилась в пропасть…

10. Что Вам кажется неприемлемым в художественном творчестве?

Неискренность, душевная фальшь. Когда она чувствуется в произведениях искусства (в той же поэзии), это неприятно, более того — просто противно. И в итоге сводит на нет художественную подлинность и значимость тех произведений, в которых такая душевная фальшь проявляет себя и господствует.

11. Расскажите читателям «Паруса» какой-нибудь эпизод своей творческой биографии, который можно назвать значительным или о котором никто не знает.

Я расскажу смешной эпизод, который никак нельзя назвать значительным, но который, как мне кажется, немало говорит о преимуществах (правда, в несколько ироническом ключе) литературной известности и славы даже в повседневной жизни…

Моя фамилия Носов, и я просто однофамилец широкого известного писателя Николая Носова, автора замечательных «Приключений Незнайки и его друзей» и многих других славных книг для детей. Мой отец, крупный ученый-историк, по соглашению о взаимном обмене ведомственными «местами отдыха» между Академией наук СССР и Союзом писателей имел возможность нередко проводить свободные дни и недели в доме творчества писателей в Комарово под Ленинградом. И он обычно брал с собой меня, где я, отлынивая от школы, приятно проводил время. Лет в десять или двенадцать у меня появилась в этом славном доме писательского творчества довольно глупая забава: я пытался схватить за хвост белок, которых было множество в тамошнем саду и которые были почти ручными… И однажды, когда я в очередной раз подкрадывался к устроенной для белок кормушке, где весело суетились эти пушистые зверьки, на дорожке рядом появился высокий, строгий и сердитый дяденька, подошел ко мне и суровым тоном заявил: «Ааа… хулиганишь! Безобразник! Ты кто такой? Как твоя фамилия?». Я растерялся и испуганно промямлил: «Носов…» Но тут уже растерялся суровый дяденька и… быстро преобразился в этакого ласкового папиньку, который очень любит детей. И очень добрым голосом, нежно на меня глядя, сказал: «А… ну а я — Пантелеев (автор некогда популярной «Республики ШКИД», если кто не помнит)… Играй, играй мальчик»… Смущенно улыбнулся, погладил меня по голове известный писатель Пантелеев и ретировался. Разноса и наказания мне не вышло. Так меня спасла слава моего знаменитого однофамильца…

12. Каким Вам видится идеальный литературный критик?

К сожалению, идеальный литературный критик — это чуткий к литературе, к прекрасному, но не очень творческий человек. Он не творит или почти не творит в литературе сам и поэтому способен быть безупречно объективным в своих литературно-критических суждениях и оценках.

13. Каким Вам видится будущее русской литературы?

Русская литература все-таки должна в первую очередь вернуть внимание русского общества к себе. Это ее главная задача. И некоторым настоящим большим писателям это удается уже сейчас — Пелевину, например — причем без всякой шумной рекламы или саморекламы. И это вселяет оптимизм, веру в то, что литература может стать по настоящему востребованной современным обществом.

14. Есть ли у Вас рекомендации для молодых студентов-филологов?

В современном литературоведении очень много разного рода формалистики, чувствуется засилье штампов. Все мы помним по прежним временам, что Лев Толстой — «зеркало русской революции». Подобные примитивные штампы распространяются и сейчас, только широкая публика о них меньше знает. Поэтому желаю филологам всячески их избегать, переосмысливая устоявшиеся мнения и открывая новое в литературе.

15. Каковы Ваши пожелания читателям «Паруса»?

Любить настоящую честную русскую литературу.

ИНТЕРВЬЮ ПОМЕЩЕНО  В   № 11  ЖУРНАЛА «ПАРУС»  за  2017  ГОД

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ:

Носов  Сергей Николаевич.  Родился в Ленинграде ( Санкт-Петербурге)  в 1956 году. Историк, филолог,  литературный  критик, эссеист  и поэт.  Доктор  филологических наук и кандидат исторических  наук.  С 1982 по 2013 годы являлся ведущим сотрудником   Пушкинского Дома (Института Русской Литературы) Российской Академии  Наук. Автор большого числа работ по истории  русской литературы и мысли и в том числе нескольких   известных книг  о русских выдающихся  писателях и мыслителях, оставивших свой заметный след в истории  русской культуры: Аполлон Григорьев. Судьба и творчество. М. «Советский писатель». 1990;  В. В. Розанов Эстетика свободы. СПб. «Логос» 1993; Лики творчестве Вл. Соловьева СПб.  Издательство «Дм.  Буланин» 2008;  Антирационализм в художественно-философском творчестве  основателя русского славянофильства И.В. Киреевского. СПб. 2009. 

    Публиковал произведения разных жанров  во  многих ведущих российских литературных журналах  -  «Звезда», «Новый мир», «Нева», «Север», «Новый журнал», в парижской  русскоязычной газете  «Русская мысль» и др.  Стихи впервые опубликованы были в русском самиздате  - в ленинградском самиздатском журнале «Часы»   1980-е годы. В годы горбачевской «Перестройки»  был допущен и в официальную советскую печать.  Входил как поэт  в «Антологию русского  верлибра», «Антологию русского лиризма», печатал  стихи в «Дне поэзии России»  и «Дне поэзии Ленинграда» журналах «Семь искусств» (Ганновер), в  петербургском  «Новом журнале», альманахах «Истоки», «Петрополь»  и многих др. изданиях, в петербургских и эмигрантских газетах. 

После долгого перерыва  вернулся в поэзию в 2015 году. И вновь начал активно печататься как поэт – в журналах «НЕВА», «Семь  искусств», «Российский Колокол» , «Перископ», «Зинзивер», «Парус», «Сибирские огни», «Аргамак»,  «КУБАНЬ».  «НОВЫЙ СВЕТ», «ДЕТИ РА» и др.,   в  изданиях  «Антология Евразии»»,  «ПОЭТОГРАД»,  «ДРУГИЕ», «Форма слова»  и «Антология литературы ХХ1 века», в альманахах «Новый енисейский литератор», «45-я параллель», «Под часами», «Менестрель», «Черные дыры букв», « АРИНА НН» ,  в сборнике посвященном 150-летию со дня рождения К. Бальмонта, сборнике «Серебряные голуби (К 125-летию  М.И. Цветаевой) и   в целом ряде  других   литературных  изданий. В 2016 году стал финалистом ряда поэтических премий – премии  «Поэт года», «Наследие»   и др.   Стихи переводились на несколько европейских языков.  Живет в Санкт-Петербурге.