Дорога к Храму – путь к себе,
Своей души раскрепощенье.
Того, что спрятано в судьбе
И ожидает воплощенья.
Сакральный смысл бытия
Несёт в себе дорога к Храму.
И что в ней спрятано, тая
От глаз чужих, иллюзий драму.
Лишь света внутреннего луч
С пути не позволяет сбиться
Дорога к Храму – это ключ
Открыть, что там в себе таится.

Кричат в Европе: «Караул!» -
Бесчестят в Кёльне немок.
Там ныне «беженцев» разгул,         
Что призваны «на племя».                       
Ведь сами немцы не родят -
Скудеет государство.
Что ж делать? Немцы «не хотят»
И даром пьют лекарства.

Во Франции французов бьют
Нещадно террористы.
А те свой гимн себе поют,
Которому лет триста. 
И может быть осталось петь
Его совсем не долго:
Страну арабам «поиметь» -
Быть населенью пёстрым.

Заборы строит континент,
И венгры, и хорваты.
Цена заборам, правда, цент -
Их прочность меньше ваты.
Британцев референдум ждёт,
Им счас не до Европы:
Евросоюз на кой им чёрт
С союзной голой попой.

Испании раскол грозит.
В Аравии проблема:
Шиита режет там суннит –
Уж тут не до гарема.
В огне войны горит Восток,
К тому же Ближний очень. 
Там мир уже нажал курок,
Чтоб разлететься в клочья.

В Китае кризис - рост упал,
И, заходясь в испуге,
Весь мир в штаны уже наклал
И окосел с натуги.
Истерика японцев бьёт
От Северной Кореи,
А Южная холодный пот
Едва ли смыть успеет.

Да, мир почти сошёл с ума
И в Штатах нет покоя –
Предвыборная кутерьма
Там дорогого стоит:
Какой-то непонятный Трамп
Нещадно мутит воду,
Из цепких хилларивых лап,
Возможно, власть уводит.

И в этой общей кутерьме,
Почти что с нами рядом,
Весь мир теперь сидит в дерьме
И лишь у нас ПОРЯДОК!???

«Не так уж наша жизнь плоха», -
Сказал нам президент,
И вот пришел из ЖеКаХа
Нам в январе презент.
Подъем не очень и велик –
Процентов двадцать пять,
И нечего тебе, старик,
На этот счет ворчать.
Платить каких-то тыщи три,
А у тебя их шесть.
Но все ж внимательней смотри, 
Что будешь завтра есть.
Потребности у стариков
Не шибко велики,
Конечно, не на «омаров»
Натачивай клыки.
Водички с сахарком попей,
Откушай «Геркулес»,
А мясо, старый, есть не смей –
Нам пользы в нем в обрез.
Побольше во дворе гуляй,
Мечи с друзьями масть,
А власть ты лучше не замай –
На то она и власть.

Когда-то в Ковентри английском
Графиня мчалась на коне.
По улицам никто не рыскал
Как будто город был во сне.
Закрыты ставнями все окна –
В том уговор у горожан,
Плащ из волос был только соткан,
Что прикрывал графини стан.
Она тогда не зря скакала
В своей бесстрашной наготе,
Она тем самым помогала
Народа облегчить удел.
И в благодарность ей не розы,
Не то, что для столетий – миг,
А конный памятник из бронзы
Народ ей в Ковентри воздвиг.

И нам не жалко было б меди -
Совсем, совсем наоборот.
Да только жаль, что наших леди
Заботит вовсе не народ!

Ночь провести с царицей Клеопатрой,
Пускай потом хоть пан или пропал.
И только с ней, и только с Клеопатрой –
Вот это счастье, это идеал!
Или создать гармонию, как Моцарт,
Ввысь устремив созвучия миры.
Не как-нибудь, а только так, как Моцарт,
Создав из звуков вечные пиры.
А может основания Вселенной
Понять, открыть, исследовать закон.
Не менее, конечно, чем Вселенной,
Услышать вздох, или, быть может, стон.
Какое там! Роднее нам невежду
Превознести и, усадив на трон,
Унизить жизнь и променять надежду
На золота заупокойный звон.

* * *

Отвратительно, жутко и мерзко
Так расчетливо, гадко, по-зверски
Убивать неповинных людей
Ради всяких бредовых идей.
Оттого ли, что кто-то раскос, 
Не понравился цвет их волос,
И бросает от ярости в дрожь,
Если он на тебя не похож.
Если молится кто-то иначе,
Пусть о нем содрогаются в плаче
Мать, отец и детишки родные,
Потому лишь, что в чем-то иные.
Все мы люди, планета нам мать,
Это должен бы каждый понять.
И под пальмой, и около льдин
Род людской, где бы не жил, един. 

* * *
Взбесился мещанин,
Не ест, не пьёт, не спит.
От мыслей мешанин
В нем ненависть кипит.
Вот этот вот богат,
Взял с Запада манеры,
А этот – просто гад –
Умён без всякой меры.
А есть, вообще, не в нас -
Не вышел цветом кожи, 
И мы такого враз
Возьмем и уничтожим. 
В толпе подобных всяк
Всесилен и ершист:
Среди своих - мастак,
Для всех других – фашист.