Опять не счесть в России вдов,
Детишек без отцов.
И тех, кто потеряли кров,
И подленьких льстецов.
Всё меньше жителей в стране –
За год, на миллион.
Опять мы в этой западне,
Как было испокон.

***
Но говорят: «Всё хорошо!
А будет ещё лучше!»
Предание, увы, свежо
Для наших душ заблудших.
Нам обещали коммунизм
В годах восьмидесятых,
Но вышел вдруг капитализм
С гурьбою вороватых.
Так и идёт из века в век –
Всё веруем в посулы.
В верхах очередной «генсек»,
А мы? А мы – в загулы.

***
Война идёт, а рядом смерть,
Она от войн неотделима.
Когда же сможем мы прозреть,
Поняв, что смерть непоправима.
Что в мире нет таких проблем,
Которые важнее жизни.
Её нельзя сравнить ни с чем,
Ну разве, с верностью Отчизне.
Нам «не убий» велел Господь,
А мы моря пролили крови –
Всё также истязаем плоть,
Как и Христа – венец терновый.

Взгляни на мир – он так прекрасен,
Хотя так полон мир невзгод.
Будь этой жизни благодарен
За всё, что жизнь тебе даёт.

Себя впиши в чудесный мир,
Чтобы остаться в нём надолго.
Ты человек, а не иголка,
Поставь, как древние, «менгир».

Быть может, хижину в лесу,
А может просто домик-дачу,
И виноградную лозу
По стенам домика в придачу.

Благодари за каждый день,
И каждый день жалей ушедший.
Наполни счастьем день расцветший.
День каждый – новая ступень!

Да, в мире существует зло.
Несчастия. Людская глупость.
Наперекор, всему назло,
Неси в душе иную сущность.

И не забудь, что этот мир
Без каждого из нас не полон.
В всеобщем хоре каждый соло.
Нет нас – и мир для нас пустырь.

У каждого своя печаль,
Свой взгляд на мир, свои заботы.
Мы все живём под неба сводом,
Но разную мы видим даль.

А там в неведомой дали
У всех людей свои виденья,
Любовь, несчастья, озаренья.
Я повторюсь: только свои.

Но нет прямого в даль пути –
Лишь только серпантин тропинок,
Гора изношенных ботинок
И страстное желание дойти.

В этом мире всё конечно –
Только лишь на срок.
Всё! От жизни человечьей
До худых сапог.

Наше Солнце светит ярко,
Миллиарды лет,
Но потом там станет жарко –
Водорода нет.

Даже и в самой Вселенной
Всё идёт в разнос,
Гравитации на смену –
Разбеганье звёзд.

Правда, всё идёт не быстро –
Лишь взведён курок.
А пока не грянул выстрел,
Пьём на посошок.

Уходим мы. Уходят дети.
Мы навсегда в пространства тьму.
Из дома дети по планете –
Не дай то бог, чтоб на войну.

Их непонятный детский лепет
Мы будем помнить до конца,
Всегда испытывая трепет
От бесшабашности юнца.

И мы всегда за них в ответе,
Испытывая боль и страх.
Мы без детей одни на свете
С слезой прощанья на щеках.

Нам нет страшнее ожиданья,
Что день грядущий принесёт:
Письмо ли, долгое молчанье,
Иль наземь рухнет небосвод.

Но мы всегда живём надеждой,
Что наши страхи – тяжкий бред,
Что дети с нами, как и прежде,
За ночи тьмою ждёт рассвет.

УжУж утро. Сумрак поредел –
Всему есть времени предел.
А в октябре дни быстро тают:
На миг взглянул рассвет в окно,
Оставил на стене пятно,
А за окном синичек стаю.

Из дома вышел на крыльцо –
Осенний ветер бьёт в лицо.
Бегут вдоль улицы ограды,
Теряясь в предрассветной мгле.
Светлеет поздно в октябре,
И видно только то, что рядом.

А рядом с домом ты стоишь.
Листва берёз на скатах крыш,
И листик жёлтый на косынке.
И, как у женщин повелось,
Из-под косынки прядь волос
Скрывает ранние морщинки.

В глазах искрится озорство –
Улыбки женской колдовство.
Тепло тебе в пальто осеннем?
Октябрь – ещё не скоро снег –
Не так уж быстр природы бег.
А каждый теплый день бесценен.

Я знаю – не меня ты ждёшь:
Я с тем, кого ты ждёшь, не схож.
Но разве так уж важно это?
Улыбку, взгляд мне день принёс,
Прядь твоих вьющихся волос.
Чего ж ещё ждать от рассвета?
Ты дня счастливого примета!

За окном наших дней листопад –
Ветер дни нашей жизни срывает.
Это года привычный обряд,
Дни, увянув, сбиваются в стаю.

Каждый год неизвестно куда
Беспощадно уносит их ветер.
Дням привычно сливаться в года,
Мы за дни и за годы в ответе.

Помним мы каждый прожитый год –
Чем мы старше, тем он нам дороже.
Жизнь за всё предъявляет свой счёт,
Год порой – непосильная ноша.

Листья жёлты на года ветвях,
Да и листьев всё меньше и меньше.
Их не стоит считать второпях,
Лучше помнить любивших нас женщин.

Ну, а бабушкам помнить мужчин,
Кто принес в этой жизни им счастье.
Дом, где ноги согреет камин.
И любимый браслет на запястье.

Сады шумели слабо за окном,
А воздух полон их благоуханья.
Нет никого, и только мы вдвоём,
Да в окнах звёзд серебряных сиянье.
Их свет сверкал на люстры хрустале,
Мерцал на белых клавишах рояля,
И на груди в брильянтовом колье
Вдруг три звезды нежданно засияли.
«Сонаты Лунной» до диез минор
Звук соткан был как будто светом этим.
Безбрежная тоска, а может быть укор,
С сонатой к нам идут через столетья.
И те же чувства ожили вновь в нас –
Любовь минувшая восстала из забвенья.
Она как будто бы жила в нас, затаясь,
И лишь ждала толчка для пробужденья.

Не всё, что было в жизни, помним мы –
Всё, что случалось, так неравноценно.
Пустые дни, как правило, немы,
Но счастья миг живёт в нас незабвенно.

Живём в привычной с детства данности,
В которой часто мало истины.
Но мы привыкли к этой странности
И веруем в неё воистину.
Жизнь компромиссами усеяна,
В ней крайне мало человечности.
И остаётся лишь рассеяно
Мечтать, а что там дальше в вечности.
Порой замучает бессонница
В часы ночного одиночества –
Она с людьми не церемонится,
Зато приемлема для творчества.
Так и живём насколько можется,
Поскольку нет другого выбора.
Естественно, проблемы множатся –
Такое время нынче выпало.