Опять в окне холодный вечер,
Мелькают за стеклом снежинки.
Земля в снегу, морозный ветер
Несёт снежинки, как пушинки.
Спешит по улице затихшей
Куда-то дворник краснолицый.
Наверное, уже хвативший
Немного сладостной «водицы».
Глядит чахоточный фонарик
На улицу совсем пустую.
Пора принять и мне стопарик,
А вслед затем очередную.
А Новый год совсем уж рядом,
А с ним и жизнь начнётся снова.
Хотя не знаешь, чем чревато
То, что считаешь сдуру новым.

Из Александровского сада,
Где в небо с силой бьёт фонтан,
Адмиралтейского фасада
Колон виднеется орган.
Он строен так, что будто звуки
Несутся с этих колоннад.
Быть может, это Баха фуги,
А может волны так звучат.
Когда форштевень разрезает
Очередной наскок волны,
То вверх, то вниз корабль бросает
Волной от носа до кормы.
И паруса наполнил ветер,
Кораблик вознеся на шпиль.
Сияет в небе каждый вечер.
И нипочём ни шторм, ни штиль.

Мы просим Бога: «Помоги!
Ведь мы живём убого.
К тому же сволочи - враги
Нам пресекли дорогу».

Но отвернулся Бог от нас:
«Жалеть людей - скучище.
И Я скажу вам без прикрас
Таких планет не сыщешь,

Где всё для вас растёт у рта.
Богатств несметно – тыщи.   
А между тем, здесь нищета
И не сочтёшь всех нищих».

Но людям всё не до того.
Ну как себя изменишь?
Творим везде и всюду зло
И прочей разной хрени.

Не врать, не убивать, не красть
Давно уже не стыдно.
Не скроешь, липнет к людям грязь,
А грязь не дефицитна.

Мы крест с СОЗДАНИЯ несём,
И не суди нас строго.
Поскольку сам Ты был при сём
От самого порога.

Кружила ярмарка в живой воронке звуков
Они метались, стлались под ногами.
Свистели, пели. Сколько разных трюков
Со всех сторон являлось временами. 

А вдоль аллей толпились балаганы,
Лавчонки, будки, тиры, карусели.
Смешались в общем гуле барабаны,
Шарманки и оркестры, скрипок трели.

И над всем этим человечий гомон,
Где каждый жаждет выразить себя.
Из тени выйти. Выйти из потёмок,
На всю округу про себе трубя.

Если ты себе остался верен,
В неудачах и в несчастьях твёрд,
В трудностях житейских не растерян,
Не поверил тем, кто складно врёт.
Если можешь быть в толпе собою,
Банды плутов «винтиком» не стать,
Справиться помочь с чужой бедою,
И чужим несчастьям сострадать.
Если можешь всё начать сначала,
Когда что-то в жизни преступил.
Знай, ты не получишь орден «Славы»,
Но всю жизнь свою не зря прожил.

Ветер несёт колючий песок
С берега жёлтого в море.
Волн медлительный гребешок
В вечном с песком споре.
Расчешет его и катит назад
И снова песок желтеет.
Таков обычный у волн променад -
Они и не то умеют.
Льётся с неба вниз синева
И от воды отскочит.
И снова, наверное, из озорства
В небо летит, что есть мочи.
Зажмуришься, чтобы гадать потом,
Какой цвет у воды.
Не всё ли равно? Ныряй голышом -
Вперёд от земной суеты.
Вышел на берег – в небо глаза,
Капли с ресниц - самоцвет.
Кажется, смыло водой тормоза.
Жизнь – свобода – свет!

И снова вечер за окном,
И волком воет ветер.
И помню ясно я о том,
Как я тобою бредил.
Как вспоминал я каждый день
Знакомый, милый образ,
Как по весне срывал сирень,
И слышал в снах твой голос.
Я болен был тогда тобой,
Ни дня не мог без встречи.
Дотронутся руки рукой
Мечтал я каждый вечер.
Ты ж оставалась холодна -
Встречалась по привычке.
И чашу я испил до дна
«Любимого» в кавычках.

Дождь барабанит в стёкла.
Ночь, но совсем не спится.
Похоже, что очень надолго
Сон от меня таится.
Сон, где с тобой мы вместе,
Как это было раньше.
Сон о тебе - это вести,
Сон – теперь счастье наше.
Счастье, которое было,
Ушло, как и всё уходит.
Его не удержишь силой,
Хотя было рядом вроде.
Было совсем недавно,
Но как же его удержишь,
А если смерть, и подавно.
Помнишь, пока сумеешь.

Всё начинается с начала:
С рожденья, с детства и любви
И до последнего причала
С началом жизнь переживи.
Со всем, что в жизни накопилось,
За много беспокойных лет.
Со всем, что в жизни так любилось,
А наша жизнь - всего букет.
В ней очень много понемногу,
Как говорят, того-сего,
Что с нами с самого порога
И вплоть до самого того.
Но помни всё–таки начало,
И в этом мне не прекословь.
То, что со счастьем совпадало:
Улыбку мамы и любовь.