Мы поспорим с судьбой
Даже, если с бедой
Столкнутся нам суждено.
Мы судьбе дадим бой,
И в простор голубой
Пробьёмся мы всё равно.

Пусть отвесные скалы,
И буйные шквалы.
Пусть пучины на нашем пути.
Нам и этого мало.
Мы поднимем бокалы,
И сумеем счастье найти.

Жизнь порою жестока,
До успеха далёко.
Все преграды, препоны порви.
Из любого острога 
Мы достигнем чертога
Нашей трепетной, верной любви.

Что ждёт впереди не знает никто,
А что позади забывается.
Память дырявая, как решето,
Лишь боль в память врезается.

Таял снег у тебя на шеках,
А, может быть, капли слёз.
Промок платок в твоих руках,
Наверно, промок насквозь.

Как беду разделить на двоих,
Понять не могу, хоть убей.
Снег и тот уже поутих -
По щекам гладит нежней.

Так бывает – на душе усталость.
В такие минуты и Бог молчит.
Сколько ещё нам с тобой осталось?
И чем ещё Он нас наделит?

Пора осенняя и клики в вышине -
На юг летят привычным строем птицы.
Не помнят птицы о своей родне,
Которая на фермах суетится.

А те, наоборот, притянуты к летящим,
В них пробуждаются забытое давно:
Просторы вольные и океан бурлящий -
Все то, что делать им запрещено.

И птицы мечутся и хлопают крылами,
Не ведая, куда влечет инстинкт.
А птичник рядом с лужей и червями -
С такой привычкой не войти в конфликт.

Вот так и человек из жизни повседневной
Не может вырваться в неведомый астрал.
К непознанным доселе откровеньям.
Он в этом дивном мире нелегал.

Прижалась деревушка к колокольне,
И слышен тихий погребальный звон.
Звон колокола, как прощальный стон,
И грустно вдруг становится невольно.

Мир извещен - ушёл из жизни кто-то,
Исполнил он, что суждено судьбой.
Труды окончены. И ждёт его покой
Под царственным покровом небосвода.

Но не отчаяньем звучит над миром звон -
Ведь тем же звоном славят и крестины,
Рожденье нового и древние святыни,
Движенье рода. Как привычно испокон.

Вновь жизнь славит колокол над прахом.
В нём сдержанность и к будущему зов.
Звук музыки живей привычных слов
Своею чуткостью, сердечностью, размахом. 

Был слякотный ноябрь. И вдруг мороз
сковал внезапно крепкой хваткой лужи.
Начало лишь – зима ещё покружит,
как обещает всякий раз прогноз.

Пока что плавкий иней на хвое.
На каждой ветке ледяные слёзы
висят как серьги на осине, на берёзе.
Распорядился так незваный кутюрье.

Хотелось верить, что уже зима:
всё пеленой затянется искристой,
на лапах елей ляжет снег пушистый,
а за окном метелей кутерьма.

И вдруг настанет всюду тишина.
И благостный покой наполнит душу.
И вздох чуть слышный вырвется наружу.
И счастье жизни ощутишь сполна. 

Покоится тут мало стариков,
Но тех не счесть, кто жизнь начинали,
Не долюбили и не доиграли,
И принесли сюда их не с фронтов.

Их хоронили школами, домами,
Бывало, погибал и детский сад.
Без отпеваний хоронил их Ленинград.
И без гробов, без маршей. Со слезами.

Они не досмеялись, не допели -
Насыщен недобором этим воздух.
Совсем не так ко всем другим погостам
Мы к этому душою прикипели.

Мы отзовёмся жалобе беззвучной
За всё, что они в жизни не успели.
И главное лишь в том, чтоб мы сумели 
Найти в делах страданьям их созвучье.

Я год за годом жил бесцельно.
Без грёз, иллюзий, без надежд.
Я жизнью жил тогда поддельной
Среди профанов и невежд.

С тобою встречи ожидая,
Я выдумал к тебе любовь.
Но с каждым разом вновь и вновь,
С любовью встречи избегая.

Но я искал тебя всегда.
Я знал, случится эта встреча.
Пройдёт обманов череда,
И станет счастьем встречи вечер.

Как долго я искал тебя,
Как страстно рисовал твой облик.
Творил тебя я как художник,
Как скульптор из скалы ваял.

И я обрёл свой идеал,
И в нём нашёл родную душу.
Как долго я тебя искал
Среди всех жизненных ловушек.

Не первый год блуждаем мы в потёмках.
Ушли от прошлого. Ну, а к чему пришли?
И что же передать хотим потомкам?
Что нового искали – что нашли?

Искали-то, конечно, лучшей жизни -
Чтобы у нас всё было, как у них.
Мечтали о чудесной дешевизне,
И чтобы полок не было пустых.

И выборов хотелось нам свободных,
А также всех на свете прав, свобод.
Наплыва всяких-разных брендов модных
Ну, в общем, чтобы счастлив был народ.

Но оказалось всё, увы, не просто –
Не влез на плечи нам чужой пиджак.
По старым меркам мы не вышли ростом,
И получился форменный бардак.

Бардак, в котором царствует разруха:
Полно продуктов – только денег нет.
А вместо дел сплошная показуха,
Коррупция и криминалитет.

Привычное враньё, что все у нас по плану,
А чтобы не случилось – всё нам впрок.
Приверженность к наживе, чистогану.
Для развлечения какой-нибудь «Тик-ток».

Дошло и до войны. Приходят похоронки.
«Им прямо в Ад, а нам положен Рай».
Не отсидеться никому в сторонке.
Но знаешь, Бог, НЕВИННЫХ НЕ КАРАЙ!

Было лето, и казалось, будет долго.
Мы надеялись, понятно, втихомолку,
Что за лето мы решим свои проблемы
До того, как отцветут хризантемы.

Но проблем-то накопилось очень много,
Не управились к намеченному сроку.
И осталось кое-что и на осень,
Когда лето свой наряд с грустью сбросит.

Осень - осень, ты прекрасна рыжей мастью,
Только жаль, что так склонна к ненастью.
Дождь и слякоть. На дорогах распутье.
Не случилось всё решить. Не обессудьте!

Как всегда, пришла зима вдруг, нежданно.
Правда, так у нас бывает беспрестанно.
Снег, да вьюги, да морозы. Мало света.
Обождём с проблемами до лета.

Так вот и живём - всегда неспешно.
Вероятно, от природы ленью грешны.
И пока, как говорится, «Гром не грянет»,
Складываем фигу мы в кармане.

Я слышал твой голос за тысячу лет,
Когда мы ещё не родились.
Я звал и услышал в веках твой ответ,
Как данную вечностью милость.
Не знаю, где в этот момент ты была.
Возможно, не в нашей вселенной.
И всё же услышал, как ты позвала.
Как где-то мелькнула мне тенью.
Наш век так короток на этой Земле,
Когда на него взглянешь вчуже.
Наверно, мы встретимся где-то во мгле,
Где в вечности прячутся души.