Пушистым снегом завалило крыши,
Засыпало деревья и поля.
Ты далеко, и вряд ли ты услышишь,
Как больно сердце бьётся у меня.

Как я скучаю, как во сне мне снишься,
Как мысли о тебе метель уносит прочь.
А снег летит, а сердце в грудь стучится,
Как будто быть в груди ему совсем невмочь.

Твой синий взгляд через снега я вижу.
Сквозь вьюгу слышу шёпот губ твоих.
Ты далеко, но с каждой ночью ближе
Загадочным путём заклятий колдовских.

Нет, не умерли те, кто любимы.
Вместе с нами да будут друзья.
И всё то, что невыносимо –
Позабыть невозможно, нельзя.
Память помнит, наверно, о главном,
Но негаданно вдруг промелькнут
Незаметные мелочи в давнем:
Пруд за домом, травы изумруд,
Звук когда-то услышанной песни,
Скрип калитки в ночной тишине,
Свет звезды в глубине небесной,
Ночь с собою наедине.
И томленье с любимой в разлуке,
Что случается в жизни не раз.
Материнские добрые руки,
Вытиравшие слёзы из глаз.

Может всё это мелочи просто,
Но из мелочей соткана жизнь.
Это всё в моих девяноста:
Розы, канны, репьи и полынь.

Жизнь без любви пуста. Какой в ней смысл?
И кто же в мире ближе, чем любимый!
В ней близость двух сердец неодолима.
И знает это каждый, кто любил.

Любовь, как дерево, растёт сама собой,
Всё существо опутает корнями.
Проникнет в душу неизвестными путями.
И станет неизбежною судьбой.

Любовь, как молния, удар наносит вдруг.
Обрушится с небес подобно ливню.
Сметёт покой, размеренность, гордыню.
Затянет в колдовской, волшебный круг.

Корысти нет в любви – она не ждёт наград.
С ней подвиг совершить – не труд, а радость.
Не получать, а отдавать в ней надо.
Но потерять её – страшнее нет утрат.

Как станет пусто в жизни без неё!
Как жить тогда, и чем заполнить душу.
И, кажется, что мир вокруг разрушен:
Ушла, ушла … Нет жизни … Бытие …

Начало сентября. Ещё тепло.
Ещё не падали с деревьев листья.
Но это лето страшно быстро шло
Шагами ненавистного фашиста.

Враг взял Смоленск, и Киев окружён,
И Ленинграда началась блокада.
Непоправимым кажется урон –
До боли невозможные утраты.

Но слишком рано радовался враг:
Не сломлен дух великого народа.
Мы долго запрягаем – это факт,
Но на смерть бьёмся – такова порода.

Враг побывал у нас в стране не раз,
Бывало, и в Москве враги стояли.
И надо было, чтоб Россия поднялась,
И пал Париж, и взят Берлин в финале.

Не ради славы и наград встаёт народ –
За Родину своей он платит кровью.
За отчий дом, за то, что сердце жжёт,
За всё, к чему относимся с любовью.

Истории урок запомнить всем пора:
Полякам и французам, немцам, шведам.
История земли трагична, но мудра --
Любое действие чревато рикошетом.

Сверкала гладь небес. Блестели воды.
И сладко пахло разноцветьем трав.
Дни начинались в зареве восхода,
Сменяясь ночью, землю обласкав.

Деревья и кусты качал тихонько ветер.
Среди листвы прохладно было днём.
Прощался день с землёю каждый вечер,
А утром пробуждал и умывал дождём.

И люди стали появляться временами:
То дерево рубил в чащобе дровосек,
Влюблённые, обнявшись, ворковали,
Звенела песня, раздавался смех.

Но вот вдруг загудел весь мир однажды,
Казалось, надвое расколется земля.
Летела смерть друг в друга без пощады,
Всё встречное вокруг испепеля.

И, кажется, опять, как в времена потопа,
Решалась человечества судьба.
Не дай Бог повторить нам Ноя опыт --
Спастись от гибели в ковчеге, как тогда.

Возможно, мир летит в тартарары.
Но можем ли мы, люди, сделать что-то?
А может подождём? Но до какой поры
Нам представлять собою Дон Кихота.

За этот мир мы все вину несём,
С нас спросится на том и этом свете.
Нам кажется: мы к делу ни при чём,
Не думаю – мы все за всё в ответе.

Пусть полный мрак и беспросветна тьма,
Но там за тьмою где-то море света.
И чтоб во тьме мы не сошли с ума,
На месте не стоит – вращается планета.

Что делать и как жить, решает каждый сам –
На каждую болезнь нет общего рецепта.
Хоть страстно хочется поверить чудесам,
Но всё же и от нас нужна любая лепта.

Мой сад. Там тишина и тени.
Там можно помолчать с самим собой.
И воздухом дышать до опьяненья,
И ненадолго обрести покой.
Там чувствуешь себя непринуждённо.
Искать не надо – лишь раскрой глаза:
Вот бабочка, жук тащит увлечённо
Кусок коры, мух ловит стрекоза.
Бредёшь куда-то тихо по тропинке,
И не куда-нибудь, а просто так.
Кивают дружески рябинки и осинки,
И ласково шумит ветвями березняк.
Найдёшь свою знакомую скамейку.
Присядешь. Что-то вспомнишь наугад.
Ну, может ту девчушку чародейку.
Спасибо, мой любимый старый сад.

Уходит каждый час и каждая секунда –
Вот только что была и нет её уже.
Я видел лишь вчера: тонуло в море судно -–
Сегодня пью в тиши шампанского фужер.

Друзья уходят в вечность безвозвратно,
И мы с тобой уйдём, когда наступит срок.
Сменялись на земле день-ночь тысячекратно,
Неисчислимо раз горел зарёй восток.

Не ведает никто, куда уходит время.
Таков ли этот мир, как был лишь час назад?
Но вопреки всему мы остаёмся с теми,
Кто с нами рядом был так много лет подряд.

Туман. Грохочет вдалеке прибой.
Бьёт колокол устало, равнодушно.
Седые капли на ветвях послушно
Стекают вниз, стуча наперебой.

Туман всё замыкает в малый круг,
Видны лишь очень близкие детали.
Они, то из тумана выступали,
То пропадали, исчезали вдруг.

Светил в тумане солнца тусклый свет,
Оно лишь иногда пятном виднелось белым.
И листья источали запах прели,
Прощальный посылая нам привет.

Всё также сонно рокотал прибой.
Шумел в деревьях голых стылый ветер.
Казалось, он везде, на всей планете,
Встал в эту осень на постой.

Берёт природа наши чувства в плен:
И листьев золото, и мокрый гальки запах.
Потряхивает жизнь нас на ухабах –
Мы падаем, но вновь встаём с колен.