И сколько ж молодых людей
Не дожили, не долюбили,
Их просто — напросто убили,
И, говорят, ради идей.

Их посылают на войну,
Как хворост вбрасывают в печку,
Или щенка слепого в речку,
На них же возложив вину.

Нет, у войны своя родня:
Привычно править этим балом
Политикам и генералам.
Для них каштаны из огня.

Пусть плачут матери, отцы,
В стране разруха и несчастье.
Им главное — они у власти.
У власти эти подлецы!

Бывает, что устал, опустошен,
Нет сил перенести удар, разлуку,
Преодолеть болезни или скуку,
Но невозможно, когда ты смешон.
Преодолей себя, начни всё снова.
Наполни жизнь смыслом бытия.
И, может статься, пару лет спустя,
Покажется, что жизнь не так сурова.

Одним лишь днём, конечно, жить несложно,
Друзей меняя, вещи, отчий дом.
Всё прошлое забыв неосторожно,
Но как бы горько не жалеть потом.
И, как бы часто не сменялись моды,
Нельзя никак забыть и заменить
Дней череду, спрессованную в годы,
Прожитого связующую нить.

Сплошная цепь загадок новый век,
Он старше, и умнее, и богаче,
В нём должен стать счастливей человек,
Но почему-то всё идет иначе.
В нём бедных и голодных тьмы и тьмы,
За кризисом в нём снова кризис зреет.
Прошло лишь десять лет, а сколько кутерьмы.
Какими бедами от будущего веет!
Родился век – и вместе с ним террор
Разит людей, дома и башни рушит.
Вода и суша вновь вступают в спор
И раз за разом пожирают души.
Пылинка в этой битве человек.
Где спрятаться? Куда свершить побег?
На все вопросы не найти ответа.
Велик наш род! Но так хрупка планета!

Рокочет бубен. Дух шамана
Умчался вихрем в мир иной.
Душа раскрыта, словно рана,
Сменяет темень свет дневной.
Там, где-то на небесных тропах
Витают тени Высших Сил,
И души странствуют усопших,
Кто на Земле уже прожил.
Шамана дух в небесных сферах
Земли грядущее прозрит.
Древна, как мир, в шаманов вера.
Рокочет бубен. Разум спит.

Убивают детей, стариков и больных,
И глумятся над тем, кто остался в живых.
Не жалеют солдат, убивают людей
Ради денег и всяких бредовых идей.
Неужели им сладостен запах войны,
Если гибнут на ней и отцы, и сыны,
Если плачут, рыдают над трупами вдовы,
Если вырастут дети сиротами снова.
Новый век – всё, что было, давно позабыто,
Лишь о власти заботится эта «элита».
До страданий народа, какое им дело –
Сохранить бы им то, что в карманах осело.
И слезинки ребёнка не стоит их власть,
Будет, будет возмездие! Чтоб им пропасть!

Поселился пернатый в скворешнике,
Пробудились берёзы от сна,
И свои голубые подснежники
Дарит нам чародейка весна.
Белый дым над садами весенними,
И наш первый весенний певец -
Над черёмухами и сиренями
Серенаду затеял скворец.
И такая кругом околесица,
Так природа весной хороша, 
Что наверно от радости бесится
И ликует от счастья душа.

За лес уходит туча грозовая,
Всё реже молнии,
                  всё тише, дальше гром.
А следом облаков кудрявых стая
Бежит по небу.
                   Праздничным ковром
Блестит трава
              в жемчужинах дождинок,
Умылась роща многолетних лип.
Идёшь по лужам
                      памятных тропинок,
И каждый шаг
                    сопровождает всхлип.
Но вот прорвалось,
                          выглянуло солнце,
Уже иду по улицам села.
Калитка, дом, знакомое оконце.
Гроза промчалась,
                            а любовь пришла.

История – театр. Люди в ней
Меняют только на камзолы тоги,
Камзол на фрак, поместья на берлоги,
А иногда таланты на «свиней».
Великий вдруг становится смешон.
Кичится нищий призрачным богатством.
Ну, а конец бывает предрешён –
Становится свобода часто рабством.
И, как не крутится сюжетов карнавал,
Все одинаковы в них подвиги и рожи,
Грехи, несчастия на прошлое похожи.
Как будто в мире дьявол правит бал.